Глава 11

Глава 11

В трактире «Три карася», в самом грязном углу зала, где обычно сидел всякий сброд, было непривычно тихо. Ну как тихо по сравнению с обычными днями. Сегодня компания из трёх хорошо одетых людей и обозлённого гнома заявилась в «Три карася», прогнала люмпенов с их законного места и, ничуть не смущаясь нескобленых столов и грязных лавок, уселась пить горькую.

…Нет, ты понимаешь, Агаррадо, — поднять пошлину на треть, вполовину, но не в четыре же раза?! — возмущался первый из хорошо одетых людей.

Ты прав, Арпагас, это ни в какие ворота не лезет! — соглашался с ним второй.

Да ладно вам, ребята, — пытался успокоить их третий, — Мортаг всегда драл с нас три шкуры, однако мы как-то живём.

Заткнись, Арраффонэ! — на секунду отвлекшись друг от друга, одновременно рявкнули первые два, а затем, повернувшись к гному, так же вместе произнесли. — Ты чего сидишь, Луйварч, разливай!

Пока гном наливал в маленькие деревянные чарки чистый, как слеза, самогон, Арпагас и Агаррадо продолжали возмущаться:

Нет, Нисистакс уже вконец берега потерял, — возмущался Арпагас. — Решил, что раз задобрил богов, то ему теперь во всём будет удача!

Это точно, — согласился с ним Агаррадо. — Совсем кто-то там I

Тихо! Тихо! Тихо! — перебил его Арраффонэ, — не видишь: у всех уже налито, так что с тебя тост!

За свободу торговли! — мрачно произнёс Арпагас и не чокаясь выпил.

И где ты только таких тостов набрался? — также выпив, спросил Арраффонэ.

Да так, один купец рассказал, — в первый раз за длительное время закусывая сельдью эльфийского посола, ответил Арпагас. — Одна банда, в ничейных землях, грабит прохожих ради свободы торговли, — и, усмехнувшись, добавил, — во всяком случае, так утверждает их атаман.

Ну как же, слышал — Ебелдос его имя, а банда зовётся «Повстанцы»…

Так, — в первый раз за вечер заговорил гном и, без тоста приняв на грудь, перед тем как занюхать, пробормотал, — ничего не понимаю.

А что тут непонятного? — меланхолично ковыряясь в эльфийской селёдке, пояснил Арраффонэ. — Людей честных всегда все грабят! Одни – для величия государства, другие – за свободу торговли… Наливай!

***

Сотник Гарт, ты уверен, что из замка никто не выходил?

Абсолютно уверен, Ваше высочество! Когда этот прохвост сюда прибыл, они сразу подняли мост и больше его не опускали.

Сколько в замке людей?

Я спрашивал у местных крестьян, Ваше высочество. Почти всю дружину барон забрал в столицу, так что осталась одна, максимум — две дюжины.

Ваше мнение, дорогая супруга?

Как говорил один хороший человек, нет человека – нет проблемы, так что сжечь всё к чертовой бабушке!

Дорогая, и чем же Вы собираетесь поджигать каменный замок? — с некоторым ехидством в голосе уточнил принц.

В идеале для этого подошёл бы напалм, — без запинки ответила Дозабелда.

На… что?

Не бери в голову, дорогой, всё одно его нет и в ближайшее время не будет, — матушка Ираида тяжело вздохнула и продолжила, — придётся штурмовать.

Но у нас нет осадных лестниц, — робко возразил Гарт.

Несущественно, — сказал как отрезал Уло, — высота стен не более сорока локтей. Сделаем лестницы максимум за полдня.

Возражаю, — воскликнула Дозабелда, — нам ни к чему лишние потери, да мы и никуда не спешим; предлагаю снести стену.

И как же? — вновь ехидно уточнил принц.

Я тут видела большую кучу камней, так что снаряды для требуше есть.

Для чего? — не понял Аэриос.

Для машины, которую под моим руководством построят к завтрашнему утру, дорогой…

***

…я готов, почтенный Луйварч, — гном-писарь замер над пергаментом с пером в руках.

Обращение к совету общины Друнн напишешь потом сам, — посол подгорного королевства тяжело вздохнул, как перед прыжком в ледяную воду, и уже железным голосом, чеканя каждое слово, продолжил. — Обстановка в Келелле неприемлемая. Действия узурпатора не поддаются контролю. В случае непринятия срочных кардинальных мер, учитывая введенный четырехкратный налог, нашему королевству грозит голод. Дипломатическими средствами кризис в приемлемое для нас время решить невозможно. Предлагаю срочно найти принца Аэриоса или любое другое лицо, которое сможет выдать себя за него, организовать на средства нашей казны армию и реставрировать прежнюю династию Киррата, — посол Луйварч на минуту замолчал, а затем, выходя из помещения, бросил через плечо, — зашифровать и срочно отправить голубиной почтой в Друнн.

***

Госпожа! Замок окружен, — седой гвардеец предано смотрел на баронессу.

Благодарю, Тейсе, — холодным, почти ледяным тоном ответила молодая женщина лет двадцати и, повернувшись к служанкам, приказала, — отнесите моих малюток в донжон и позовите сюда мою падчерицу.

Звала Езалила? — девушка лет шестнадцати, пришедшая спустя пару минут в большой зал замка, обратилась к хозяйке.

Да, Калма, — холодно улыбнувшись, ответила баронесса, — боюсь, на бал тебе в ближайшее время попасть не удастся.

Я догадываюсь, — так же холодно улыбнувшись, сказала падчерица и уточнила. — У нас есть шансы?

Если стены падут, то нет, — спокойным тоном сказала Езалила.

Тогда я пойду за своим кинжалом.

Не смею задерживать, но хочу тебя попросить посидеть с моими крошками: мало ли где я окажусь… в неподходящий момент.

Хорошо… — девушка повернулась и, перед тем как уйти, тихо произнесла. — Никогда не назову тебя матерью и вряд ли мы станем подругами, но, по крайней мере, выйдя замуж за моего отца, ты не пыталась мешать мне жить.

Смысл, Калма? — так же тихо ответила Езалила, — ты не мешала жить мне — я не мешала тебе. Это просто здравый смысл.

***

Из дневника Мустынеса из Джуодеса, баронета Джуодеса, наследника барона Джуодеса:

Спустя три месяца как мой отец, благородный барон Джуодес, отбыл в столицу по делам баронства, к стенам замка подступило войско мятежников. Несколько десятков тысяч (зачеркнуто) Пара тысяч взбунтовавшейся черни. Святотатцы, сжегшие храм всех богов! Теперь они хотят сжечь и наш замок…

…Война отличается от того, как о ней пишут в свитках. Тейсе, старый воин, пришедший из свиты мачехи, не рискнул сделать вылазку. Судя по разговорам среди воинов, мы не сможем удержать стены, если на замок нападут хотя бы с двух сторон…

Второй день осады

Мятежники не нападают, вместо этого крестьяне строят заслон на дороге, ведущей в замок — видимо, готовятся к долгой осаде…

Третий день осады

Это был не заслон, а осадная машина! Она мечет в надвратную башню камни! Кто-то из местных подлецов рассказал, что её, в отличие от стен, не ремонтировали в этом году…

Четвёртый день осады

Слуги словно с ума посходили! Повариха спрятала все сковородки в подвал. Интересно, как она будет готовить? Прачка мажет лицо и руки углём, а служанка сестры пьёт и ходит с гвардейцами на конюшню.

Из всех слуг только бывшая кормилица детей мачехи и две её личные служанки, да пара старых слуг моего отца честно делают свою работу. Чем занимаются остальные – не знаю, их в донжон не пускают…

Пятый день осады

В надворной башне трещина! Настроение у воинов мрачное. Слуг удалось привести в чувство и заставить готовить к обороне донжон…

Шестой день осады

Рухнула надворная башня…

***

Классические действия при обороне замков, если противник разбил стены, – это выставить строй и быстро перекрыть пролом баррикадой. Но Тейсе прекрасно понимал, что защитников слишком мало, поэтому он на этот случай сразу применил план «Б»: защитники замка Джуодес после обрушения надвратной башни сразу отступили в донжон. Правда, отступление это местами напоминало беспорядочное бегство, но всё равно двери донжона закрылись за последним защитником замка Джуодес ещё до того, как нападавшие показались в проёме.

Не понимаю, госпожа! — Тейсе нервно смотрел сквозь бойницу третьего этажа донжона в замковый двор. — Они могли за это время уже несколько раз нас атаковать, не говоря уже о том, что нас не обстреливают лучники!

Ты какой-то нервный сегодня, Тейсе, — баронесса Езалила своей змеиной улыбкой и холодным голосом излучала такое неуместное в данной ситуации спокойствие, что защитники замка, вместо паники, глядя на свою госпожу, испытывали чувство глубочайшего изумления.

Госпожа, — так же глубоко поражённый поведением своей баронессы, как и все окружающие, старый воин оторвался от бойницы и пояснил. — Я не понимаю действие противника.

А разве взбунтовавшаяся чернь, — баронесса добавила в свой ледяной голос нотку нарочитой заинтересованности, — должна действовать так же, как воины?

При всём уважении, баронесса, чернь не строит осадных машин, а главное — не ведёт так грамотно осады, так что мы не смогли сделать даже вылазку.

Ты уверен, Тейсе? — только те, кто знал Езалилу давно, могли бы по её тону определить, что она смущена тем, что не заметила столь очевидный факт.

В этот момент пыль от надвратной башни осела, и из-за проёма показался силуэт всадника. Раздался звук рога. Всадник покачал копьём, к острию которого был привязан пучок разноцветных лент.

Переговоры? — теперь любой из присутствующих смог уловить в тоне баронессы Джуодес искреннее изумление.

Я так и думал, что это никакая не чернь! — воскликнул Тейсе. — Слишком хорошо всё спланировано!

Но кто?! — Езалила всё ещё не смогла справиться с изумлением, впрочем, спустя мгновенье тон госпожи баронессы вернулся к своей обычной ледяной холодности. — Тейсе, прикажи вывесить ленты мира.

***

Стук выбиваемого запора, скрип механизма и очередной каменьотправился в свой короткий полёт в сторону надвратной башни. Спустя несколько мгновений снаряд попал в цель, раздался грохот, и над башней поднялось небольшое облачко пыли.

«Ещё пара выстрелов — и эта халупа развалится», — сотник Гарт был рад этой осаде. По своему опыту предыдущих осад Арран ждал бойни, прерываемой только для уборки трупов и поиска, где бы добыть пожрать. Благородные на войне, впрочем, как и в мирной жизни, с простолюдинами не считались. Иным, к счастью повстанцев, оказался принц Аэриос. Наследник первым делом приказал построить укреплённый лагерь. Выделить место для кухни, где специально назначенные повара готовили пищу три раза в день. Вырыть нужники. Сделать навесы, защищающие людей от дождя во время отдыха.

Никого в бессмысленные атаки не гнали. Вместо этого все строили контр-валационную линию – земляной вал, местами с частоколом, который должен был защитить осаждающих от вылазки защитников. В общем, с точки зрения Гарта воевать было одно удовольствие.

Дорогой, когда рухнет башня, подъедешь к пролому на коне, помашешь лентами мира и сразу возвращайся назад, — деловым тоном, не предполагающим никаких возражений, сказала Дозабелда, — вести переговоры с госпожой баронессой буду я.

Как скажешь, дорогая, — ответил Аэриос и мысленно поблагодарил своего отца за то, что тот в свое время объяснил своему младшему сыну, что спорить с женщинами не стоит: по непринципиальным вопросам это не стоит тех нервов, которые потратишь, а по принципиальным – тем более, нужно просто делать так, как считаешь правильным…

***

…Вы уверены, госпожа, что именно Вам нужно вести переговоры? — в очередной раз спросил Тейсе.

Более чем, — ответила баронесса Джуодес своим неизменно холодно-скучающим тоном и приказала. — Открывай!

Открыть двери! — подтвердил приказ старый воин.

Несколько стражников открыли двойные двери, через которые можно попасть в донжон, и Езалила, выйдя из башни, направилась по покрытому брусчаткой замковому двору к расположившейся за небольшим походным столиком странного вида девице.

Сия молодая особа, как отметила баронесса Джуодес, моложе меня, — была одета в синее рагнетского покроя платье без рукавов поверх белого нижнего платья с длинными рукавами.

Присаживайтесь, Ваша милость, — сидящая за столиком девушка отсалютовала кубком с вином и сделала из него глоток.

С кем имею честь? — ледяным тоном, со скептическими интонациями, спросила баронесса.

Можете звать меня Ваше Высочество, — улыбнувшись, словно не заметив подколки, ответила сидящая.

Оригинально, —всё тем же тоном сказала баронесса Джуодес и уточнила. — И в какой же королевской семье появилось на свет такое чудо?

Мужчины вечно что-то скрывают, — все тем же благожелательным тоном ответила молодая женщина. — Выходишь замуж за вольного рыцаря, а он… — тут сидящая извлекла откуда-то свиток пергамента и, протянув его Езалиле, с улыбкой сказала, — ознакомитесь с моими рекомендациями.

Несмотря на желание двинуть этим свитком наглой простолюдинке по лицу, баронесса вовремя вспомнила о количестве лучников с обеих сторон, которые смотрели на них, и поэтому развернула пергамент. К своему стыду, Езалила не узнала ни почерк, ни подпись, но мгновенно опознала печать. Лет пять назад, ещё до её замужества, в замок её отца приезжал посыльный от главы тайной стражи, и она запомнила личную печать младшего сына короля предыдущей династии.

Да Вы присаживайтесь, Ваша милость, вот выпейте, — здесь собеседница баронессы протянула ей кубок с вином, — я понимаю, что для Вас это весьма неожиданно, но… — тут сидящая напротив подождала, пока Езалила сделает несколько глотков и поставит кубок на стол, а затем всё тем же милым тоном уточнила. — Кстати, как наказывают дворян баронского достоинства за государственную измену?

Баронесса не поперхнулась только потому, что успела проглотить вино до этого вопроса. Впрочем, для её собеседницы это осталось незамеченным.

Вы пришли специально, чтобы задать этот вопрос? — с улыбкой уточнила пока ещё хозяйка замка.

Нет, просто я хочу, чтобы Вы осознали до конца своё положение и подумали что бы нам предложить, — всё тем же благожелательным тоном ответила собеседница и, улыбнувшись в ответ, пояснила. — Королевская милость дорого стоит.

Интересное развитие событий, — скучающе-холодным тоном ответила на это баронесса Джуодес и уточнила. — И чем же я могу помочь, пока ещё не королю и его… — тут Езалила на мгновенье запнулась, как бы подбирая определение, — столь блистательной супруге.

Да ничем ему не поможете. А вот мне… — тут собеседница чуть придвинулась вперёд, как бы впуская баронессу в свой ближний круг, — нужно срочно подучить этикет.

Мозг баронессы Джуодес быстро заработал. Так… собеседница явно простолюдинка, но так обычные простолюдины себя не ведут. Скорее всего, она агент тайной стражи. Почему её выбрал младший принц на роль жены — понятно: все достойные представительницы первого сословия так или иначе замешаны в мятеже, значит, от такого брака толку не будет, скорее наоборот. А вот купцы – эти завсегда постараются воспользоваться моментом. Но жена-купчиха? Тут Езалила мысленно усмехнулась. Нет, во время борьбы за трон это хорошо: деньги. А вот после… Хитер младший принц – глава тайной стражи королевства, он бы, может, и с радостью женился бы, но увы… Так что преференции тем купцам, что поддержат его в борьбе за престол – да, влияние – нет. Ай да младший принц, и как только он заговор проморгал? Или не проморгал, а… И думать на эту тему не смей, Езалила! Но к делу. Её собеседница прекрасно понимает, что после такого возвышения падение для неё смерти подобно в прямом смысле этого слова. Пока идёт борьба за трон – она в безопасности, но если её муж станет королём… Королева-мать может и не принять такую невестку… Но и сразу «решать проблему» она не будет. Значит, возникнет ещё один двор. И между ним и двором королевы-матери возникнет соперничество. А собеседница-то её не уверена, что она это соперничество-то выиграет. Так, если побеждает новый король, то для меня ничего не меняется. Если побеждает принц Аэриос и садится на престол… А ведь есть шанс занять место статс-дамы. И молодая королева будет мне обязана, так что…

Мне кажется, — чуть более теплым тоном, нежели обычно, и не с обычной, а с дружелюбной улыбкой проговорила баронесса Джуодес. — Я действительно смогу оказать Вам несколько незначительных услуг, Ваше Высочество…

***

Малый совет мастеров гномьей общины города Друнн. Здесь собираются не мастера, точнее, не совсем мастера. Нет, все члены совета, конечно, мастера своего дела, но второго-третьего порядка. Ведь что для истинного мастера главное? Творить! А здесь собираются те, кто не столько творит, сколько правит…

Вы точно уверены, почтенный Хуучин, что это был принц Аэриос? — уже в третий раз спрашивал глава совета.

Абсолютно уверен, почтенный Нарийвчилсан, — в другой момент старый гном по имени Хуучин уже давно бы взорвался, но он понимал всю важность решения и ответственность за него.

Вы ведь читали письмо из Келеллы, почтенный Хуучин, — глава совета нервно постучал пальцами по круглому столу, за которым сидели гномы. — Мы не имеем право ошибиться!

Почтенные, — вмешался в их диалог ещё один член совета, — мы сколько угодно можем мурыжить этот вопрос, но боюсь что обычное решение – отложить — на этот раз не поможет.

Почтенный Саарал, как обычно, недоволен советом, — ухмыльнулся в бороду ещё один гном, — мол, он один…

А почтенный Сахалтай, как всегда, пытается придираться к словам, не затрагивая их сути, — усмехнулся Саарал, — но, повторюсь, нужно что-то решать, и как можно скорее.

Так Вы точно уверены… — вновь начал задавать свой вопрос Нарийвчилсан, но был перебит всё же взорвавшимся Хуучином:

— Да, уверен. Да, у неё в повозке был принц Аэриос! Да, она «подарила» нам арбалеты, которые превосходят наши! Да, письмо из Келеллы я, как, впрочем, и все присутствующие здесь, читал! И, да, разрази меня отец гор, нужно что-то срочно решать!

Это надолго, — мрачно заметил Саарал.

Остальные члены совета, даже его вечный оппонент Сахалтай, мысленно с ним согласились. Это действительно могло затянуться надолго, а решать нужно было быстро.

Ладно, — и, вздохнув, как перед прыжком в ледяную воду, Нарийвчилсан подытожил. — Предлагаю найти принца Аэриоса, договориться с ним и, по возможности, оказать ему всю возможную помощь как оружием, так и деньгами. С нашей стороны единственное требование — чтобы пошлины вернулись к тем размерам, что были при его отце. Предлагаю голосовать! Кто за?..


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

два × 1 =