О старинных книгах. Фолианты, кодексы, манускрипты, инкунабулы – что это?

     Вряд ли среди читателей найдётся хотя бы один, кто не видел старинных книг – в музеях, библиотеках, на картинках, наконец.  Бывает, в фэнтезийных  и исторических романах книги играют немаловажную роль, иногда сюжетообразующую, и даже могут выступать в качестве одного из персонажей. Авторы легко вставляют в свой текст такие названия, как «манускрипт», «фолиант», «кодекс». Но всегда ли мы знаем, чем манускрипт отличается от кодекса, и как должен выглядеть настоящий фолиант? Кроме того, полезно ориентироваться и в том, как специалисты систематизируют и классифицируют старинные книги, как выглядел процесс изготовления книг в разные времена. 

    Поскольку для нас образ старинной книги связан в первую очередь со средневековой Европой (условно включая сюда также славяноязычную европейскую часть), обсуждение глиняных табличек Ниневии из библиотеки Ашшурбанипала можно отложить до другого раза. Итак, привычный внешний вид книги – сброшюрованные листы, заключён-ные в переплёт. Такая форма и называется кодексом – первые кодексы представляли сложенные и скреплённые листы папируса или пергамента, вложенные между двумя деревянными дощечками, предотвращающими их сворачи-вание и загибание (codex на латыни это «ствол», т.е. дерево). Если кто-нибудь скажет, что папирус использовался только в свитке, то я тут же отошлю всезнайку к англичанину Честеру Битти, в чьей коллекции находятся рукописные кодексы на папирусе, датируемые не позднее II в. н.э.  С VI в. н.э. кодекс постепенно вытесняет свиток, и книга приобретает знакомый нам вид. Считается, что прообразом кодекса были скреплённые дощечки для деловых записей. Такие таблички назывались диптих (от греч. diptychos — двойной, сложенный вдвое), наружные их стороны не использовались для письма, а были гладкими или украшались резьбой, внутренние стороны покрывались воском, на котором процарапывались буквы. Со временем таблички стали делать не только деревянными, но и металлическими или из кости. Форма кодекса некоторое время существовала параллельно со свитком, у них было различное функциональное назначение. Если для литературных и юридических текстов выбирали кодекс, так как он позволял быстрее найти нужное место, то для оформления документов предпочитали свиток, потому что свиток исключал возможность замены листов, и текст документа скреплялся подписью и печатью как единое целое. Именно обилию нормативных актов и сводов правил, использующих новый формат, слово «кодекс» обязано более поздним своим значением – «свод нормативных правил, актов; справочно-правовая система».  Кстати, термином «кодекс» обозначаются также Месоамериканские тексты (рукописные документы народов Центральной Америки, где пиктограммами описываются религиозные ритуалы, астрономические таблицы, хозяйственные отчёты). Но они имеют вид сложенного гармошкой листа, и название «кодекс» здесь скорее используется специалистами во втором, более позднем значении.

         Понятно, что сначала в кодексы скреплялись листы с рукописным текстом – то есть манускрипты. «Манускрипт» – латинский аналог «рукописи», «манус» — «рука» и «скрипт» — «написанное».  В древнерусском обиходе рукописи назывались «харатейным письмом» от слова «хартия» (калька с латинского/греческого charta – материал для письма, т.е. папирус, пергамент). При этом и свиток, написанный от руки, и отдельные несшитые листы тоже называются манускриптами, т.е. главная отличительная черта – ручная работа. Для манускриптов декор играл не меньшую роль, чем текст, он был не только иллюстрацией к тексту, но и его дополнением, его интерпретацией, его продолжением. Украшенные орнаментами, буквицами, заставками, миниатюрами, такие рукописи называются иллюминированными (а вовсе не «иллюстрированными», как можно было бы подумать), в русской традиции — лицевыми. При письме обычно использовали два цвета – чёрный и красный (киноварь). Если чернила были из дубовых орешков, то основной цвет текста получался коричневатым. Красную краску употребляли для смыслового подчёркивания, выделения заглавных букв, важных фрагментов. Отсюда название «рубрика» (от латинского ruber – красный).  В манускриптах, предназначенных для парадных случаев – подарка, торжественного богослужения, пергамент или бумага тонировались, в тексте использовались золото и серебро. Над созданием дорогой книги могли трудиться до восьми человек. Это писец, воспроизводивший основной текст (доброписец чернописный); каллиграф, выводящий киноварью вязь (статейный писец); художник, рисовавший заставки и буквицы (заставочный писец); художник, рисовавший миниатюры (живописец иконный); мастер, покрывавший золотом отдельные части буквиц, заставок и миниатюр (златописец); ювелиры, изготовляющие для книги драгоценный оклад (златокузнец, среброкузнец и сканный мастер).

         До конца XVII переплёты книг делались из деревянных досок, к корешку прикреплялись кожаные ремни, к которым подшивались сложенные листы. Доски обтягивались кожей. В зависимости от назначения книги переплёты могли быть окладными и обиходными. Уже из самих этих названий явствует, что окладные переплёты – дорогие, парадные, а обиходные – для книг повседневного использования. У окладных переплётов поверх кожаного покрытия набивались пластины из драгоценных металлов, украшенные чеканкой, эмалью, драгоценными камнями, сканью (узорами из кручёной золотой или серебряной проволоки). Эти украшения накладывались не прямо на кожу, под них для создания фона подкладывались бархат, парча, атлас, сафьян. Другой вариант оформления дорогого переплёта – тиснение на коже, отделанное серебром и золотом. Обрез книги раскрашивался, или на нём делали декоративные засечки.  На обиходные переплёты из обыкновенной кожи или холста накладывалась металлическая фурнитура — уголки, средники, «жуки» (или жуковины), которая не только придавала более благородный вид, но и защищала переплёт от обтрёпывания. К переплётам прикреплялись застёжки или завязки.

         Между появлением в Европе бумаги и изобретением книгопечатания — три века.  Производство бумаги было ввезено в Испанию с Ближнего Востока маврами около 1100 г., и первая бумажная мельница была построена в Хативе (город в Валенсии). Возникновение книгопечатания датируется XV веком. Самый первый вид печати прямиком восходит к китайской технологии оттиска на ткани и называется ксилографией. Больше всего процесс ксилографии напоминает изготовление гравюр, когда на доске вырезали целиком страницу текста, покрывали доску краской и делали с неё оттиск. На листах, напечатанных таким способом, текст находился только с одной стороны. Изобретение наборного шрифта во второй трети XV века связано с именем Иоганна Гутенберга, который догадался изготовлять отдельные выпуклые металлические буквы в зеркальном отображении.

   До того момента, когда счастливо объединились такие два гениальных изобретения, как бумага и наборный шрифт, формат изготовляемых книг был произвольным и зависел только от намерения переписчика или желания заказчика. Массовая печать книг на бумаге типографским способом способствовала становлению унифицированной системы форматов, в основу которой были положены размеры бумажного листа и его частей.  Первым эту систему применил знаменитый венецианский издатель Альд Мануций, основоположник издательской династии и автор революционных нововведений в печатном деле. Его классификация получила широкое распространение по всей Европе:

IN PLANO (planum – плоскость) —   формат в целый развёрнутый лист;

IN FOLIO (folium – лист) — 1/2 листа, получается при фальцовке в один сгиб;

IN QUARTO (quarta – четверть) — 1/4 листа, получается при фальцовке в два сгиба;

IN OCTAVO (octava  –  восьмушка) — 1/8 листа, получается при фальцовке в три сгиба.

Из-за того, что у разных производителей бумаги размеры печатного листа несколько отличались, формат in octavo до середины XIX века подразделялся на разновидности: большой (высота книжного блока 250 мм); средний (высота книжного блока 225 мм); малый (высота книжного блока 185 мм).

   Соответственно, ответ на вопрос, заданный в начале этой статьи – что представляет собой фолиант? – очевиден. Это книга формата in folio, в половину печатного листа. Правда, сейчас фолиантами стали называть любые книги больших размеров.

    Нужно отметить, что ещё до Мануция в русской традиции для обозначения формата рукописных книг употреблялась условная единица измерения – десть (десница, правая рука), с ней сопоставлялся размер полного листа и точно так же отсчитывались его части: в дестный лист – это в полный лист; в десть – в половину листа; в полдесть  — в четвертушку; в четверть десть — в осьмушку.

    Альдус Мануций прославился также своим стремлением сделать книгу более доступной, вывести её из дворцов и ввести в массовое пользование. Для этого книга должна была стать более дешёвой, а значит, в первую очередь начал уменьшаться её формат. Уменьшение формата напрямую было связано с изменением начертания и размера шрифтов – ведь печатная книга наследовала рукописной, и в своих первых обличьях старалась почти полностью уподобиться манускрипту, в том числе и повторяла рукописные шрифты, например, широко распространённый готический минускул.  Мануций принял деятельное участие в разработке ёмких шрифтов для книг формата in octavo. В его типографии художники, подражая античным образцам, использовали простой шрифт антиква. Ему приписывается создание курсива, который, по легенде, имитировал почерк Петрарки. Первым изданием, отпечатанным в формате 1/8 листа специально созданным курсивом, был сборник избранных сочинений Вергилия, выпущенный в Венеции в 1501 году.  Однако in octavo не стал пределом издательской изобретательности. В XVII веке становятся чрезвычайно популярными малоформатные издания, выпускаемые нидерландскими печатниками и книготорговцами  Эльзевирами. Их миниатюрные книги представляют образец книгопечатного искусства. В своей практике Эльзевиры использовали формат 1/12 листа, введенный еще в 1576 году бельгийским типографом Плантеном. Они же впервые стали печатать книги форматом 1/24, который в их честь был назван «эльзевир». В этом формате Эльзевиры выпустили серию популярных путеводителей по странам мира «Малые государства» размером 88х40 мм каждый томик.

   И наконец, стоит упомянуть о периодизации старинных книг специалистами-антикварами.  Книги, изданные  между 1440-ми годами (начало книгопечатания) и 1851 годом, чётко делятся на две группы по дате издания. Изданные до 1 января 1501 года – инкунабулы (incunabula – колыбель, начало), с 1 января 1501 г. до 1 января 1851 г. — палеотипы.  Как ни забавно, в основе этой строгой периодизации лежит не научное исследование, а случай. Термин «инкунабула» впервые употребил библиофил Бернард фон Малинкродт в 1639 году в своём памфлете «De ortu et progressu artis typographicae» («О развитии и прогрессе искусства типографии»), причём дату отделения инкунабул от палеотипов он взял, что называется, «с потолка».  Однако это разделение прижилось, и живо до сих пор.  И если с палеотипами все ясно, то с инкунабулами у библиофилов возникают осложнения. Выше упоминалось, что самые первые печатные книги были изготовлены способом ксилографии, то есть как гравюры. Так вот, некоторые эксперты-книжники отказываются считать ксилографические издания инкунабулами, и начинают отсчёт от появления именно типографических изданий.

     Ну вот, такая краткая история развития книгоиздания получилась.  Надеюсь, хоть что-нибудь новенькое каждый из вас для себя отсюда почерпнул.

По материалам:

http://adelanta.biz/starin/antikvar ;

Тараканова О.Л. Антикварная книга  «Электронное издательство» МГУП 2000;

Голева О.П. Тиражные и экземплярные свойства книги. МГУП. Учебное пособие по курсам «Антикварная книга и букинистическая торговля» и «Экспертиза печатной продукции».

 


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

5 × два =